Врач, который знает об облучении и его последствиях не понаслышке.

Олег Владиславович Буланов родился далеко - в Приморском крае. Всю жизнь свою провёл в городе Куйбышеве, который в наше время называется Самарой. Там он окончил школу, лечебный факультет медицинского института. А после института, в 1985 году, по распределению и приехал в Ирбит, где год проработал в ЦРБ врачом-терапевтом.

- Я обнаружил у себя повестку в военкомат на специальные военные сборы, - рассказывает Олег Владиславович, - Когда я явился, там лукавить на стали и сразу сказали, что меня отправляют врачом в Чернобыль. Спорить я не стал, сразу скажу, чувства патриотизма тогда у меня не было, но я был молодой, и мне хотелось проявить себя и помочь. Хоть в то время в стране была паника, не было у меня ни чувства страха, ни храбрости.

 

Когда мама узнала о том, что я поеду в Чернобыль, отнеслась к этому спокойно, надо – так надо. Она живёт в Самаре, и когда нас везли эшелоном на службу, я сумел ей позвонить. Тогда она пришла на станцию Куйбышева, когда поезд проходил через неё. Мы минут 10 с ней разговаривали.

Команда из пяти Ирбитских и районных призывников прибыла в Чернобыль в конце октября 1986 года. По документам Олег Владиславович был начальником медицинской службы. Своей работой он совсем не занимался. Командир сразу предупредил, что призывники будут делать то, что действительно нужно. С конца октября команда занималась ликвидацией последствий аварии на ЧАЭС. Олег Владиславович помогал вывозить заражённый силос из хозяйств. А один раз ему довелось участвовать в поисках клада.

- Какой-то мужчина, будучи ребёнком, запомнил, что во время войны полицай в саду под грушей зарыл золото, - рассказывает Олег Владиславович, - Командир поручил мне выйти утром за территорию части, где меня ждали два полковника Киевской милиции с каким-то мужчиной. С ними мы поехали в особую зону, куда полностью был закрыт проезд, и мне даже не сказали, зачем мы едем туда. По приезде поручили копать ямы, выдёргивать грушевые деревья на экскаваторе. Клад нам найти так и не удалось.

Распорядок дня был таким: в шесть утра подъём, зарядки не было, развод, завтрак, а потом всех развозили на грузовой машине на работу, куда прикажет командир.

В декабре полк отправили работать на реакторе, расчищать крышу третьего энергоблока. Ночевала команда в школе. Солдатская форма, фуфайка, штаны, кирзовые сапоги, поверх одежды с обеих сторон два резиновых просвинцованных фартука, строительная хлопчатобумажная шапка, очки как у токаря и перчатки – так выглядела одежда ликвидаторов на ЧАЭС.

- На реакторе стояла гробовая тишина, было непривычно в такой обстановке находиться, тревожно. Работа тяжёлая, лифты не работали, и нам приходилось ходить 25 этажей.

Задача Олега Владиславовича заключалась в том, чтобы выводить по два солдата на крышу через вентиляционное помещение. Люк был высоко, и он помогал товарищам забраться на крышу и спускаться с неё.

Работа начиналась и заканчивалась по сирене, когда она звучала второй раз, все, кто был на крыше – спускались в машинный зал. Уже в нем солдаты сдавали дозиметры Олегу Владиславовичу. Он их относил в специальное помещение, где выносили заключение: кому можно идти на крышу, а кому уже нельзя. Бывало, что тем, кто расчищал крышу, хватало трёх минут, и больше его на крышу не посылали, так как была получена максимальная доза облучения. За три дня Олег Владиславович набрал максимально допустимую дозу излучения, и больше на крышу не ходил.

Сначала полк отправляли на сборы на 180 дней, но спустя 100 дней, после того, как призывники получили максимально допустимую дозу облучения, многих вернули домой, и на смену им прибыл другой эшелон.

- Я вернулся в посёлок Зайково. Изначально я здесь не хотел оставаться, мне хотелось на Волгу, домой. А позже мне понравилось, остался здесь, проработал, можно сказать, всю жизнь в Зайковской больнице.

Олег Владиславович не скрывает, что здоровье было подорвано, впрочем, как и у всех, бесследно это не прошло. Особенно тяжело было в первые несколько лет после приезда. Тем не менее, Олег Владиславович продолжал работать, помогал людям как мог.

Через полтора года Олега Владиславовича вызвали на мандатную комиссию в Екатеринбург, где присутствовал начальник КГБ, глава области и областной военком. Ему сказали: «Вы нам нужны, чтобы вы послужили нам ещё». Через полгода пришла повестка, и он два года служил в Германии начальником медслужбы, кадровым офицером.

- Сейчас я на пенсии, сижу дома, летом занимаюсь огородом, насколько хватает сил. Из четверых моих товарищей, с которыми мы вместе ездили на военные сборы, в живых осталось двое: Юрий Валентинович Гладков и Виктор Аркадьевич Зобнин, оба они живут в Ирбите. С Юрием я до сих пор иногда созваниваюсь, у нас тёплые, товарищеские отношения.

По приезде Олегу Владиславовичу дали квартиру в посёлке Зайково, сейчас он получает Чернобыльскую пенсию. В 1998 году Олег Владиславович был удостоен ордена мужества.

Ангелина Юдина

Фото автора